«В завещании написал, чтобы хоронили голым». Интервью со стрикером, который снова устроил обнаженное шоу на Олимпиаде | Мир спорта
Главная » Статьи » «В завещании написал, чтобы хоронили голым». Интервью со стрикером, который снова устроил обнаженное шоу на Олимпиаде

«В завещании написал, чтобы хоронили голым». Интервью со стрикером, который снова устроил обнаженное шоу на Олимпиаде

Самый известный стрикер мира рассказал «Матч ТВ» кучу безумных и диких историй из своей жизни. Вы будете смеяться.

Когда Игры в Пхенчхане подходили к концу, по соцсетям стала ходить фотография мужика, стоящего в позе фигуриста на олимпийском льду. Одежды на нем практически не было. Только ботинки, балетная пачка и небольшая маска обезьянки.

https://www.instagram.com/p/Bfo4LOSHfrX/?taken-by=didierjean

Многие сразу же узнали в мужике стрикера Марка Робертса. На его счету более 500 голых выбеганий на поле. Он устраивал свое представление на самых крупных спортивных соревнованиях мира: на Супербоуле, в финалах Лиги чемпионов УЕФА, Уимблдона и других. Но в последние годы активность Марка снизилась. С 2013-го по сегодняшний день у него было всего два стрика – на чемпионате мира по легкой атлетике в Лондоне в прошлом году и на нынешней Олимпиаде в Корее.

После Игр я позвонил стрикеру. В большом интервью для «Матч ТВ» Марк рассказал:

— Какое наказание он понес за представление в Корее

— Как его вышвырнули со стадиона в Испании без одежды

— За что пытали охранники шоу для собак

— Почему он голым пришел в полицейский участок

— Зачем переодевался в женщину на скачках

Разговор с Марком состоялся через видеосвязь в вотсаппе. Все начиналось прилично. Стрикер сидел у себя дома в Ливерпуле в белой рубашке и много улыбался.

«На Олимпиаде сделать стрик было очень легко»

— Корейская полиция самая приятная полиция из тех, с кем я имел дело. Они очень вежливые и вообще не выписали мне никакого наказания, — начинает рассказывать Марк в интервью «Матч ТВ».

— Ни штрафа, ни временного заключения под стражу?

— В начале они сказали, что штраф будет около 1500 фунтов стерлингов, если перевести в английскую валюту. Это большая сумма. Я ответил: «Может быть, у меня нет таких денег». На следующий день прокурор сказал: «Мы еще не решили, позвони завтра». Через сутки он объясняет мне то же самое. В последний день моего пребывания в Корее мне говорят: «Никакого наказания. Мы надеемся, что вам понравилось в нашей стране». Ох. Спасибо, Корея. Я был готов к любому решению, ведь никогда раньше не делал стрик в этой стране.

— Почему вы выбрали для своего перформанса соревнования по конькобежному спорту?

— За 5-6 дней до вылета в Корею я еще не знал, на каком именно событии буду это делать. Смотрел телевизор у себя дома и увидел, как соревнуются конькобежцы (Марк начинает пародировать бег на коньках). Подумал, что можно сделать отличную комедию.

— Почему вы выбежали после соревнований, а не между забегами?

— Хотел это сделать между забегами, но опоздал. Когда я пришел на стадион, уже награждали призеров. Спортсмены махали флагами, а мне не хотелось своим выступлением оскорблять какую-либо страну. Когда церемония закончилась, я подумал: «Может быть, завтра?» Но потом в голове начало твориться какое-то безумие: «Нет. Я должен сделать это именно сейчас. Люди увидят. А если нет, то ничего страшного». На тот момент оставалось не так много зрителей на стадионе.

— Сложно было это провернуть?

— Если быть честным, легко. Не было охраны. Когда я гулял по стадиону, то быстро нашел путь, по которому можно выйти на лед. Это было не так трудно, как я себе представлял. На некоторых стадионах тебе нужно использовать свои мозги: оглядеться, все просчитать, выбрать нужный момент. В Корее же я почти не задумывался о таких вещах.

— Вы не замерзли в таком виде на льду?

— В Корее мне каждый день было очень холодно. Но когда ты снимаешь одежду перед большим количеством людей, то чувствуешь жар. Поэтому я вообще не замерз.

https://www.instagram.com/p/Bfo3pH4HyEY/?taken-by=didierjean

— Кто сделал видео вашего стрика? Вы были с кем-то из друзей?

— Я предпочитаю проворачивать свои перформансы в одиночку. В Корею я прилетел без друзей. Но перед тем как выбежать на лед, я пообщался с одним парнем, объяснил ему, что хочу сейчас сделать. Он сказал: «Давай, я сниму это».

— Почему никто не побежал вас ловить на льду?

— Потому что лед был очень гладкий, скользкий и наполированный. Когда я выбегал на площадку во время соревнований по керлингу на Олимпиаде в Турине, то там был абсолютно другой тип льда. У конькобежцев он очень опасный. Поэтому никто и не захотел меня ловить на льду. Я надел специальные ботинки, но даже они не справились с этим льдом. В итоге я упал.

— На видео видно, что после выступления вы поднимаетесь обратно на трибуну и к вам подходит волонтер. Что было дальше?

— Он сказал: «Пойдемте со мной». Я ответил: «Окей. Без проблем». Он был очень вежлив. Спокойно сопроводили в комнату в подтрибунном помещении, я сел, услышал: «У нас запрещено выходить на лед болельщикам». Я: «Соревнования закончились, медали розданы. Какие проблемы?» Они: «Что означает надпись у вас на груди?» Я: «Это мир и любовь. Вся планета воюет между собой. Я хочу мира, мужики». После этого они сказали: «Возможно, у нас не будет супербольших проблем». Поэтому я и не понес никакого наказания.

— Точно такая же надпись «Peace+Love» была у вас на теле во время предыдущего стрика на чемпионате мира по легкой атлетике в прошлом году. Почему вы решили ее повторить на Олимпиаде?

— Меня волнует то, что происходит в мире. А происходят сумасшедшие вещи. Правительства стран решают, как нам жить. А люди просто хотят быть счастливыми и не иметь проблем. Я не люблю политиков. Мой месседж означает: «Дайте нам жить своей жизнью». Почему люди должны иметь проблемы из-за политиков?

— Что означала обезьянка?

— Обезьянка говорит: «Привет! (Марк неожиданно встает, и ниже пояса на нем ничего не надето кроме той самой олимпийской обезьянки.) Давай просто будем лазать по деревьям и не иметь никаких проблем» (садится). Всегда во время перформансов я хочу сделать небольшую комедию. Поэтому на мне была пачка балерины и обезьянка. Ну и я не хотел показывать свое хозяйство. Обезьянка его прикрывала.

«Пришел в полицейский участок голым с картонной коробкой на голове»

— В скольких странах вы делали свои стрики?

— Я начинал в Гонконге на соревнованиях по регби-7 в 1993-м. В Корее я сделал это впервые. Всего за 25 лет у меня 562 выступления в 23 разных странах.

— Перед тем как делаете свой перформанс в новой для себя стране, вы оцениваете риски?

— Да, конечно. Иногда, чтобы люди смеялись, нужно идти на некоторые смелые шаги. Я просто езжу в разные страны и говорю людям: «Эй, улыбнитесь!» Если они смеются, значит, я сделал хорошую работу. Потом мне могут выписать какое-то наказание за мои выходки, но я могу принять эти риски.

— В какой стране или на каком событии было сложнее всего сделать стрик?

— На Супербоуле в США. В штате, в котором он проходил, очень жесткие законы. Я все время думал о том, какое наказание ко мне могут применить. Сильно переживал. В моей голове постоянно были мысли о штрафах. Но я справился с этим. В жизни нужно рисковать. Если бы я этого не делал, то был бы уже дряхлым. Когда рискуем, мы можем или подняться вверх, или опуститься вниз. Все зависит от нас.

Самое жесткое наказание у меня было в Англии на шоу для собак. Я надел на то место, где сейчас обезьянка, маску кошки. Начал подбегать к собакам и говорить: «Мяу». Голый. Из одежды только маска кошки. Охранники повели меня в отдельную комнату и пытали там 30 минут. Когда приехала полиция, я был просто вымотан. Я был на многих крупных мировых событиях, но самое ужасное наказание было на сраном шоу для собак в Англии. Это безумие, чувак.

— Они вас били?

— Пытались бить по ребрам, заламывали руки. Я сопротивлялся. Чертово собачье шоу. Полчаса боли. Это так же, как оказаться со своей бывшей в одной комнате.

— Какой самый большой штраф вы заплатили?

— За Супербоул. Тысяча долларов.

— Если сложить все штрафы за карьеру стрикера, то сколько примерно получится?

— Может быть, 5 тысяч фунтов стерлингов. Не так много. Примерно 10 лет назад у меня было три штрафа на общую сумму 1000 долларов. Полицейские пришли ко мне домой, постучались. Я не открыл. Они постучались снова. Но я снова не открыл. Они ушли. Тогда можно было прийти в полицейский участок, рассказать, кто ты такой, и сесть в тюрьму на 14 суток. После отбывания этого срока все штрафы аннулировались.

Я решил сесть в тюрьму. Перед этим очень жестко напился. Завалился в полицейский участок голым. На мне был только галстук и картонная коробка на голове. Я зашел и сказал: «Кажется, вы меня искали?» Полицейский посмотрел на меня: «Что ты делаешь, Марк?» Черт. Как он узнал, что это я? У меня же была коробка на голове. Отвели в комнату и спросили: «Почему ты это сделал?» Ответил: «Вы стучали в мою дверь. Я начал переживать. Поэтому решил сесть в тюрьму, чтобы не платить штраф». Полицейский сказал: «Иди домой, Марк. Только надень, пожалуйста, одежду перед тем как выйти из полицейского участка».

— Во время некоторых стриков у вас на теле была нарисована реклама. Когда спонсоры впервые предложили вам разместить название сайта?

— Я сделал свой перформанс в финале Уимблдона в 2002-м, и об этом написали по всему миру. Тогда компания предложила мне разместить рекламу на моем теле: «Ты можешь выбрать любое событие в любой точке планеты. Хочешь куда-то поехать? Мы берем на себя все расходы». Если честно, я бы не смог устроить свою шоу на Супербоуле, потому что это очень дорого. Они оплатили мне перелет, проживание, услуги адвоката. Я поработал с ними около трех лет. Сейчас эта история закончилась. Считаю, что, если это дает возможность поехать куда-то и заставить людей улыбаться, то почему бы не разместить рекламу? Я тогда тоже доносил свое послание миру. Их реклама нарисована на груди, мой мэсседж – сзади. На Супербоуле у меня было написано на спине «SUPER BOWEL» (суперкишка). После поездки в США я сделал татуировку (Марк показывает тату на предплечье с логотипом Супербоула и надписью: «Если ты можешь об этом подумать, значит, можешь и сделать»).

— Они только оплачивали вам все затраты? Вы не получали дополнительных денег за такую рекламу?

— Когда люди хотят дать мне дополнительные деньги, я говорю: «Пожалуйста, переведите их в детский госпиталь». Когда моя дочь была маленькой, у нее были проблемы со здоровьем. Поэтому сейчас все дополнительные средства перевожу в детский госпиталь в Ливерпуле.

— Вы устраивали шоу на Играх в Торино в 2006-м, в Пекине в 2008-м и сейчас в Пхенчхане. Есть какая-то разница между стриком на Олимпиадах и других событиях?

— Главное отличие всех событий только в том, сколько людей увидят мой перформанс. Когда я выбегал на финале Лиги чемпионов УЕФА, то это видел, может, один миллиард. В Пхенчхане я сделал это на соревнованиях по конькобежному спорту, который не так популярен по всему миру. Их смотрели примерно пару миллионов. Но размер аудитории не так важен. Если мой перформанс увидит 20 человек – я буду это делать, если 20 миллионов – я буду это делать. Все ради людских улыбок. Чем больше аудитория – тем больше людей смеется.

«На класико полицейские выкинули мою одежду в толпу болельщиков»

— У вас есть какие-то страхи?

— Несколько лет назад я боялся всего. Когда тебе от 20 до 30, ты переживаешь о многих вещах. И сейчас что-то меня пугает, но уже меньше. Если у тебя получится переступить через страх, ты сможешь сделать все. Каждый чего-то боится. Не надо об этом переживать. Как минимум попробуй переступить через свои фобии. Не получится – ничего страшного.

— В одном из интервью вы рассказывали, что однажды вас выкинули со стадиона без одежды. Что вы тогда делали, оказавшись голым на улице?

— Я полетел в Испанию на матч «Реала» и «Барселоны». В поездку не взял никакого багажа. Прилетел, выбежал на поле, побегал там, полиция меня поймала и отвезла в полицейский участок. Все, что на мне было надето в тот момент, – только ботинки и часы на руке. Сижу в участке. Вечер. Начинает холодать. Говорю: «Сеньор, моя одежда». Полицейский: « Нет одежда». Я: «Сеньор, плед». Он: «Нет плед». В 1:30 ночи он мне говорит: «Ты – уходить». Думал, что он шутит. Вышел из участка, отошел на несколько метров и надеялся, что меня сейчас окрикнут. Но этого не произошло. Я вернулся: «Сеньор, моя одежда». Он: «Твоя одежда ушла». Когда меня поймали на поле, охранники выкинули мою одежду в толпу болельщиков. Там были телефон, паспорт, кредитка.

И вот стою ночью голый на улице. Становится очень холодно. Я побежал. Люди пытались меня остановить, но я отказывался. Постепенно начал уставать. Ко мне подошел какой-то испанец: «Почему ты в таком виде?» Быстро объясняю ситуацию. Он: «Куда ты бежишь?» А я не знал. Парень, который дал мне билеты на матч, жил в гостинице Holiday Inn. Говорю об этом остановившему меня сеньору. Он: «Это очень далеко». Тогда он останавливает такси, платит водителю 20 евро, и меня отвозят в гостиницу. Там я встречаю того самого парня. Он дает мне шорты, футболку и разрешает переночевать в отеле. Утром дает немного денег, и я улетаю домой.

— Без паспорта?

— Я подошел в полицейский участок в аэропорту и сказал, что мой паспорт был потерян на футбольном матче. Написал заявление, и меня посадили на самолет. Прилетев домой, сделал себе новый паспорт. Никакого страха не было, чувак.

— Какой ваш любимый перформанс за 25 лет?

— Их было так много. По охвату аудитории – Супербоул. Я вышел на поле в костюме судьи перед началом второй половины матча. Игроки смотрели на меня: «Рефери, какие проблемы?» Тыщ-щ-щ (этим звуком Марк сопровождал жест, имитирующий резкое снятие одежды). «Никаких проблем». Все смотрят и не понимают, что происходит. Минуту я танцевал в центре поля, а потом побежал. Полиция начала окружать меня со всех сторон. В конце концов, один игрок толкнул меня, и я упал. Мое лицо было прижато к земле, сверху насели 20 полицейских. В тот момент у меня была только одна мысль: «Я сделал это на Супербоуле!»

Еще один памятный перформанс был в Севилье на финале Кубка УЕФА между «Порту» и «Селтиком». Билеты были у моего друга, который уже прошел внутрь стадиона, а меня не пускали за барьеры. Я упрашивал полицейского. Но тот оставался непоколебим. Прошел первый тайм, а значит, у меня всего 15 минут, чтобы выбежать на поле. Я должен это сделать до того, как судья свистнет о начале второго тайма. И тогда я снова подошел к полицейскому: «Сеньор, пожа-а-алуйста. Билеты у моего друга». И он пропускает меня. Я снова оделся судьей и выглядел как официальное лицо. Подбегаю к одному выходу на поле, но меня не пускают. Бегу к другому — и стюард открывает передо мной калитку. О, да! Смотрю – команды уже вышли на поле. У меня совсем мало времени. Подбегаю к судье и показываю ему красную карточку. Судья стоит в недоумении и не свистит. Тыщ-щ-щ. Вижу мяч. Начинаю бежать с ним к воротам, меня преследует куча полицейских. В последний момент пинаю мяч и меня накрывают. Думаю: «Я забил гол!» Но на самом голкипер «Порту» (Витор Байя) поймал тот мяч. Представляешь?

Меня отводят в специальную комнату, куда заходят 10 полицейских. Я приготовился принимать удары битами. Капитан спрашивает: «Зачем ты это сделал?» — «Просто повеселить народ». Он начинает улыбаться: «Это ты выбегал на Уимблдоне?» — «Да» — «В следующий раз, когда будешь выбегать, захвати с собой девушку». Я был на пяти больших матчах в Испании, и меня ни разу не арестовали. Люблю Испанию.

«У английской полиции на первом месте террористы, на втором – я»

— У вас нет запрета на посещение стадионов?

— В Англии у меня четыре бана общей длительностью на 12 лет. Меня это не волнует. Если я не могу пойти на футбол, то иду на теннис, гольф или регби. Я дисквалифицирован только в Англии, больше нигде.

Когда я полетел на матч «Порту» и «Селтика», меня не хотели выпускать из страны из-за того, что в финале играла команда из Шотландии. Я пытался им доказать, что в Шотландии другой закон, это не Англия. Но в итоге пришлось доказывать, что лечу туда просто на каникулы: показывал ваучер в отель, обратный перелет. Когда я вернулся назад, полицейский сказал: «О, Марк, ты там повеселился». В результате они забанили меня на три года на посещение матчей в Шотландии и Уэльсе. Я доказывал, что там другие законы, нанимал адвоката, потратил кучу денег, но все безуспешно. После моих перформансов они постоянно меняют законы. Когда я выбежал на Супербоуле, что никто не делал раньше, появился новый закон – закон Марка Робертса. Сейчас в Корее, наверное, тоже будет новый закон в мою честь. Такое происходит постоянно. Мне нужно сменить имя.

— Вы не пытались изменить внешность?

— В Аскотсе ежегодно проходят крупные скачки, куда иногда приезжает английская королева. Я сказал своему другу: «Я оденусь как женщина, а ты будешь моим мужем». Накрасил губы, ресницы, надел платье, туфли, даже руки и ноги побрил. Я выглядел, как очень уродливая женщина.

Пришли на стадион. Мне нужно было в туалет. Я, естественно, отправился в женский. Зашел в кабинку и начал делать это так, как делают мужики – стоя. Женщины, которые были в туалете, наверное, думали: «Что она там делает? Почему такой странный звук?» Я решил сидеть в туалете. Ждал около часа, пока мой друг не даст команду выбегать. Наконец он скомандовал: «Сейчас!» Я побежал, перепрыгнул через барьер и оказался на трассе. Люди думали, что это просто пьяная женщина, очень уродливая пьяная женщина. А потом – тыщ-щ-щ.

После полицейские сказали, что это было очень смешно. Но позже мой адвокат прислал мне письмо, в котором говорилось, что, если я еще раз выбегу на трассу во время скачек в Англии, то получу пожизненный бан. А что мне там делать еще? Я прихожу на скачки, только чтобы устроить шоу.

— Сколько раз вас ловили перед тем, как выбежать на поле?

— Эм-м-м. Думаю, ни разу. Бывало, что меня не пускали на стадион. Однажды в Англии проходили крупные скачки. Я начал подготовку дома, писал слова на своем теле, но вдруг в дверь постучали. Моя мама открыла: «Ма-а-арк, полиция!» Я в это время сижу голый и делаю надписи на теле. Почему они пришли? В результате отвезли в полицейский участок и держали там до тех пор, пока не закончились соревнования.

В другой раз я вообще не собирался никуда идти. Сидел и слушал радио. Вдруг ведущий говорит: «Должен ли Марк Робертс выбежать на поле в этот уикенд или полиция снова должна держать его в тюрьме?» Тогда я подумал: «Хорошо, давайте сыграем». Надел парик, безумные очки и пошел на скачки. Там была куча полиции. Подошли ко мне: «Как тебя зовут?» — «Меня зовут Ричард. Какие проблемы?» — «Сними парик и очки». Они начинают перешептываться: «Это он? Это он?» У каждого в руках моя фотография. «Ты – Марк Робертс. Мы не пустим тебя на стадион». Я говорю: «Меня зовут Ричард. Вы ошиблись» — «Задери левый рукав». Я поднимаю правый. Они: «Левый!» Видят мою татуировку и увозят в полицейский участок, где держат до конца соревнований.

В полиции мне сказали, что у них есть градация: «На первом месте – террористы. На втором – ты. На третьем – «Отцы за правосудие» (организация, которая устраивает различные протестные акции в Великобритании. — «Матч ТВ»)». Я на втором месте? Серьезно? Я просто развлекаю людей и не создаю проблем. Мне говорят: «Мы тратим на тебя столько времени и денег, чтобы тебя поймать. Приходится быть начеку и искать тебя на всех крупных соревнованиях в стране».

Как-то в США служба безопасности стадиона попросила написать для них отчет, где указать проблемные места. Я сказал: «Нет, мужики» — «Почему?» — «Потому что если я расскажу вам, то закрою дверь перед самим собой».

— Как поймать нужный момент?

— Никогда не делать это во время игры. Никогда! В перерыве или после матча – пожалуйста. Иначе ты можешь повлиять на исход матча. Все это делается ради развлечения. Не надо создавать проблемы спортсменам. Ты должен выбежать в правильное время. Я жду, жду, жду, затем устраиваю дискотеку и ухожу с поля. Нужно иметь терпение.

«Мои дети думают, что я сумасшедший»

— Сколько вам лет?

— 53.

— И у вас есть дети?

— Да, трое. Я начинал этим заниматься, когда они еще не родились.

— Что сейчас они думают обо всем этом?

— Что папа сумасшедший. На самом деле они понимают. Вначале немного стеснялись меня. Но сейчас, когда я прихожу в школу, все учителя и некоторые родители мне показывают класс, улыбаются. Им нравится то, чем я занимаюсь. Знаешь, когда раньше мои дети выходили из дома, я говорил им: «Будьте аккуратны. Берегите себя». Сейчас, когда я отправляюсь на стадион, они говорят мне то же самое.

— Чем вы занимаетесь в обычной жизни?

— Я – маляр. Крашу дома, здания.

— Зачем вам нужен стрик?

— Мне нравится смешить людей. Меня выгоняли из школы, потому что я был сумасшедшим и веселил своих друзей. Меня выгоняли из колледжа, а затем с работы. Но ничего не может меня изменить: ни учителя, ни правительство. Если вижу, что люди улыбаются, значит, я сделал хорошую работу. Смех людей стоит больше, чем все деньги на земле.

— Некоторых взрослых людей ваши выходки могут развеселить. Но на стадионах бывают дети. Вам не кажется, что это не совсем в рамках морали?

— Теперь я не оголяюсь полностью. А когда выбегаю на поле голым, то толпа находится очень далеко. Дети не видят. Тем более я всегда прикрыт, когда меня уводят со стадиона. Я знаю, что многие родители рассказывают детям обо мне, и дети смеются.

«На чемпионат мира в Россию не поеду. Меня там посадят в тюрьму»

— За последние пять лет вы делали стрик только два раза – на чемпионате мира по легкой атлетике в 2017-м и на зимней Олимпиаде в Пхенчхане. С чем связан перерыв с 2013-го по 2017-й?

— Потому что я уже делал это на всех крупных спортивных событиях в мире и стараюсь не повторяться. Я был на Олимпиаде в Рио в 2016-м. Нашел путь, чтобы проникнуть на поле. Но увидел солдата с автоматом. Решил не выбегать, потому что он мог подумать, что я террорист, и застрелить меня. В 2017-м на чемпионате мира по легкой атлетике я выбегал только из-за Усэйна Болта. Если бы его не было, я бы не стал этого делать.

— Когда был этот перерыв в вашей карьере стрикера, вы чувствовали себя как заядлый курильщик, который бросил?

— Немного, но не сильно. 10 лет назад я постоянно думал и искал, где показать свой перформанс. Но я стал старше и спокойнее. Сейчас мне не нужно делать это раз в месяц или раз в год. У меня появилось терпение. Я делаю это, когда приходит время.

— Что вы думаете о других стрикерах?

— Большинство из них – дерьмо. Однажды в Австралии был какой-то финальный матч. Исход решался в серии пенальти. В этот момент два стрикера выбежали на поле и пнули мяч. Их увели со стадиона. Но когда игрок снова подошел к мячу, он промахнулся. Его команда проиграла. Те парни заслуживают тюрьмы. Ты не должен как-то воздействовать на игру.

Другой мужик попробовал сделать стрик с королевой Великобритании. Он запрыгнул в ее машину. Полиция схватила его и посадила в тюрьму. После он потерял работу. Тот мужик написал мне письмо: «Ты видел, что я сделал?» Я ответил: «Ты – сраный идиот. Стрик должен развлекать людей и не создавать проблем». До тех пор пока другие стрикеры делают это корректно и весело, я говорю им: «Да! Хорошая работа!»

— Как вы относитесь к Джимми Джампу?

— Он полный идиот. Помнишь, я рассказывал историю про то, как меня вышвырнули голым со стадиона в Испании? Тогда канадцы делали фильм про Джимми. В нем он говорит, что это я вдохновил его заняться стриком. Но он делает это, чтобы стать знаменитым, а не веселить людей. Канадцы позвали меня на то классико. Он выбежал на поле и пытался надеть свою сраную красную шапку на футболиста (Криштиано Роналду. — «Матч ТВ»). Он постоянно вмешивается в игру.

— Вам не кажется, что стрик потерял популярность и актуальность?

— Не такие стрики, которые делаю я. Сейчас люди просто бегают от стюардов и полиции по полю. Больше ничего. Это скучно. Я же пытаюсь делать вещи, как Бенни Хилл. Ты слышал про Бенни Хилла?

— Конечно.

— Я постоянно что-то пишу на своем теле, танцую, выбираю разные костюмы. Хочу сделать из стрика небольшую комедию. Людям это нравится, они смеются.

— Что дальше?

— Пока не знаю. После Кореи я вернулся к обычной жизни. Посмотрим. Сейчас в голове нет никакого плана.

— У нас этим летом будет чемпионат мира по футболу. Есть вероятность, что вы прилетите в Россию?

— Нет. Русская полиция может меня побить. Думаю, что это очень опасно. Меня могут посадить в тюрьму. Я этого не хочу.

— Когда вы остановитесь?

— В своем завещании я написал, чтобы меня хоронили в открытом гробу голым. Так что я собираюсь сделать стрик на собственных похоронах. Это будет мой последний перформанс.

Фото: Clive Brunskill / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, Warren Little / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, Laurence Griffiths / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, Clive Brunskill / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, globallookpress.com